не коверкать историю, чтобы не переписывать под себя Тору – жениться нужно только на еврейке!
Смешанный брак – навсегда порознь
Ты можешь спросить: а как живётся смешанным парам? Может быть, действительно, любовь оказывается сильнее национальных различий? Или просто с годами чувства притупляются и различия стираются?
Я на работе встречаю многих советских евреев. Мне нередко рассказывают необычные истории. И я стараюсь их запоминать и записывать. И не только на работе, но и у родственников, и просто у знакомых я люблю выведывать интересные сюжеты. Вот из таких историй я и составлю мой ответ.
Начну с израильской зарисовки. Жанна (родом из Бендер, 1953 года рождения) рассказывает:
«Я живу в районе города Лода Ганей-Авив, работаю косметологом. Клиентки часто откровенничают со мной. Вот одна из историй. Приехала в Израиль еврейская семья. Сын здесь женился на девочке из смешанной семьи – отец еврей, мать русская. Отец давно умер. Молодые поженились за границей Израиля, чтобы не пришлось обращаться в раввинат и не возникло необходимости в определении национальности невесты. Хотя МВД записало её еврейкой, для раввината эта запись – довод недостаточный.
Прожили вместе несколько лет. Отношения стали портиться. И вот однажды во время ссоры русская мать этой молодой женщины заявила еврейскому отцу своего зятя:
– Если бы мы жили в России, моя дочка бы в вашу сторону даже не посмотрела!..»
Моя бабушка, Ревекка Мордуховна, тоже рассказывала мне замечательные истории о подобных семьях:
«Семейная пара – еврей с украинкой. Прожили вместе семнадцать лет. Декабрьским утром супруга выносит одеяла и матрасы на улицу. Соседки интересуются, неужели это подходящее время для просушки? Обычно ждут весны. А та отвечает:
– Терпеть не могу этот жидовский запах.
По приходе мужа домой соседки позаботились о передаче этой информации. Больше она мужа не видела».
«Семейная пара, украинец с еврейкой. Много лет вместе. У мужа день рождения. Жена приготовила угощение, накрыла на стол. Должны прийти друзья и коллеги именинника. И тут муж мягко спрашивает: не могла ли бы жена пойти к подруге и там провести этот вечер? Жена понимает, что муж стесняется её происхождения, и ему стыдно перед своими дружками. Она стягивает на пол скатерть с едой и посудой, и уходит навсегда».
Короткие рассказы, за которыми скрываются целые судьбы. Я тебе пересказываю их лаконично, как слышал от бабушки. Но можно закрыть глаза и представить себе эти искалеченные жизни в развернутом виде.
Семнадцать лет вместе, а запах всё раздражает…
Жена – замечательная, заботливая. Всё сделала, стол накрыла. А перед друзьями как-то неловко…
И подобные эмоции разрушают всю романтику брака. Именно когда острота влюблённости угасла, когда быт и повседневные заботы сняли лоск первых ухаживаний, возникает вечный вопрос о национальности. Вечный – потому что семнадцать лет для него ничто. И этот вопрос не позволяет даже давно знакомым людям сдержать взаимную неприязнь.
«За моего отца-убийцу!»
Эти фрагменты я тебе рассказал для разминки. Настоящее потрясение у меня вызвала следующая история, услышанная также от бабушки Ривы. Произошла она в городе Василькове, где бабушка родилась и выросла. И речь идёт о знакомой ей семье.
«Была в Василькове семья Чикорских. Муж украинец, жена еврейка, двое детей – сын и дочь. В начале Великой Отечественной войны сын ушёл на фронт. Родители и сестра остались в Василькове. Настало время фашистской оккупации. Отец семейства в поисках заработка обратился к немцам. Ему предложили работать полицаем, и он согласился. Через пару месяцев начались операции по регистрации еврейского населения. Фашисты готовили истребление евреев. Труды по сбору информации и ловле скрывавшихся были возложены на плечи украинских полицаев. Полицай Чикорский, не долго думая, сдаёт жену и дочку. Обе были расстреляны. Сын в это время был на фронте и ничего не знал.
Прошли годы войны. Вернулась советская власть. Чикорскому удалось бежать из Василькова и каким-то образом замести следы. Он скрыл свою деятельность во время оккупации, и ушёл от уголовного преследования за пособничество фашистам.
Через некоторое время бывший полицай возник в Москве. Он вступил в коммунистическую партию. Зарекомендовал себя идейным коммунистом и стал продвигаться по партийной линии.
Чикорский-сын прошёл всю войну и вернулся в родной Васильков. Не найдя близких и ничего не зная об их судьбе, он бросился с расспросами к соседям и знакомым. Те рассказали обо всём произошедшем. Сын немедленно отправился на поиски отца.
Найти отца оказалось нелёгкой задачей. Как было уже сказано, тот удачно замел следы. Однако через несколько лет сын всё-таки отца обнаружил. Но это уже был не простой крестьянин, а сравнительно высоко поставленный партийный функционер, живущий на широкую ногу в столице.
Встретились, обнялись, всё как положено. Сын был принят отцом с большим почётом. Отец решил даже устроить праздничный ужин у себя дома в честь воссоединения с сыном. Собрались друзья, сослуживцы отца, соседи. Всех заинтересовала необычная судьба этой семьи. Всем не терпелось познакомиться со славным сыном не менее славного отца.
Посреди банкета сын встал, попросил тишины, налил бокал и произнёс следующий тост:
– Я поднимаю этот бокал за моего отца-убийцу!
После этого он выпил до дна, вынул пистолет, и на глазах у всех собравшихся пустил отцу пулю в лоб.
Чикорский-младший был арестован и судим. Советский суд, изучив материалы дела, признал его невиновным»…
Я уже не в первый раз рассказываю это историю. Но каждый раз меня берёт оторопь. И я жалею, что этот сюжет еще не записан в мировой классике, ещё не снят в кинематографе. Кроме самих событий, в особенности потрясает и решение советского суда.
Как сказал Жванецкий, национальность всегда будет разделять смешанные пары, никогда не даст таким семьям стать единым целым. Поэтому, родной, чтобы построить по-настоящему крепкую семью, чтобы видеть рядом с собой в течение долгих лет, действительно родного человека, чтобы твои дети всей душой и сердцем были твоими, – нужно просто жениться на еврейке!
Раздвоенные души
Есть ещё один тип людей, пострадавших от смешанных браков. Это дети. В данном вопросе совершенно неважно, кто из родителей еврей – папа или мама. В любом случае ребёнок рождается и вырастает, не зная, кто он по национальности. Он может выбрать ту или другую сторону. Может вообще постараться не вспоминать о национальности. Может стать воинствующим интернационалистом. Вопрос национальной принадлежности останется для него навсегда больным.
Но больно бывает только в первом поколении. Потом смешение продолжится. И вырастет новая популяция людей без нации. Другими словами, смешанный брак – это путь, лишающий потомство национальности.
Один из самых выдающихся кинорежиссёров СССР, Эльдар Александрович Рязанов, родился в смешанном браке. Я помню, как в юности посетил его творческий вечер. Дело было во Дворце культуры «Украина» в городе Киеве. В конце вечера можно было обратиться с Рязанову с вопросами. И в одной записке был задан вопрос о национальности. Рязанов ответил в присущей ему манере: мол, всё в порядке, «можете не волноваться», по национальности я – русский. Сегодня, благодаря доступности информации, я узнал, что у Рязанова отец русский, а мать – еврейка. Впоследствии, я нашел небольшое стихотворение Эльдара Александровича о евреях. По-моему, оно передает все страдания раздвоенной души намного лучше и тоньше моих описаний:
Во мне бурлит смешение кровей…Признаюсь, по отцу я чисто русский.По матери, простите, я – еврей,А быть жидом в стране родимой грустно.Разорван в клочья бедный организмВ какой борьбе живет моя природа!Во мне слились в объятьях «сионизм»Навек с «Союзом русского народа».То хочется мне что-то разгромитьто я боюсь, как бы не быть мне битым.Внутри меня семит с антисемитомКоторых я не в силах помирить.
Интересно, что здесь смешение уже в крови. Оно не является плодом свободы выбора. Это данность, которая выше человека. Ребёнок просто родился в этом разрыве, и он не в силах это изменить.
У евреев, вступивших в смешанный брак, психология меняется иначе. Ведь всё это изменение – их выбор, их вина. Поэтому и попытка оправдания, и накал страстей тут намного больше. Требуется больше сил, чтобы заглушить совесть, перекричать зов предков…
И вот для сравнения, приведу тебе также стихи подобного содержания, написанные евреями, женатыми на русских.
Наш современник Игорь Губерман славится на весь мир своими «гариками». Это лаконичные искрометные четверостишия. Губерман живет в Израиле, но мне кажется, что большинство русскоязычных читателей во всем мире его хорошо знают. Попросим же маэстро
